Проект «Фронтовая тетрадь» публикует документальные материалы, основанные на письменных воспоминаниях 104-летнего ветерана Александра Подлипского. С 1942 года он воевал в партизанском отряде «Победа», а с 1943 года — в рядах Красной армии. Он участвовал в освобождении Беларуси и Восточной Пруссии, штурмовал Кёнигсберг, воевал с Японией и служил в Порт-Артуре. Ему также довелось пережить фашистскую оккупацию.
Как каратели устанавливали новый порядок в Грязивце
Подлипский вспоминает, что его деревня Грязивец в Могилёвской области в 1941 году оказалась в полной изоляции: вестей почти не было, а слухи противоречили друг другу. Оккупанты распространяли собственную пропаганду, утверждая, что Москва и Сталин «капут». Хорошие новости о боях Красной армии под Смоленском, Ярцевом и Ельней доходили с большим опозданием, как и сведения о параде на Красной площади 7 ноября и о разгроме немцев под Москвой в январе 1942 года.
Деревня находилась в семи километрах от Варшавского шоссе, по которому войска шли на Москву. Фашисты регулярно совершали набеги на окрестные селения, грабили их, а Грязивец тоже часто посещали. В Климовичах на людных местах висели портреты Гитлера и приказы немецких властей, где за хранение оружия и укрывательство военнослужащих и коммунистов грозил расстрел. Через несколько недель без власти в деревню пришёл «новый порядок». Начальником полиции стал Владимир Валеж, старостой — Владимир Ладошкин, бургомистром — Василь Бусов из деревни Рудня, полицейским, а затем начальником полиции — Трофим Самусев, известный как вор и уголовник. По словам Подлипского, эти люди привозили из комендатуры приказы, рассчитанные на то, чтобы запугать население. Смертная казнь грозила за укрывательство красноармейцев и евреев, оскорбление немецких солдат, саботаж и невыполнение приказов. Под угрозой расстрела жителей заставляли выполнять работы, нужные оккупантам. В Климовичах в те же месяцы на центральной улице повесили девятиклассницу Женю Курепину и её мать за укрывательство раненого солдата.
Расстрел шести жителей Грязивца 14 октября
В конце сентября полицейские из Климовичей арестовали в поле коммунистов Александра Осмоловского и Алексея Осипенко. Без суда и следствия их убили, а похоронили в Грязивце и в Слободе.
14 октября, в день Покрова, большинство жителей были в поле и убирали картофель. После полудня в деревню на велосипедах приехали вооружённые каратели. Всех, кто оказался в поле или дома, согнали на улицу между Мещанкой и Недогреем, выходы из деревни перекрыли пулемётные точки, вокруг стреляли автоматы. Были ранены две женщины: Ольга Гронзберг и Ульяна Цубарева. Из толпы каратели вытаскивали самых крепких мужчин и ставили их в стороне. Первыми вывели Александра Николайченко, шофёра колхоза, Григория Подлипского, кузнеца, Василя Трофименко, приехавшего в гости к дочери из посёлка Чёрная, и Юзика, поляка, гостившего у родственников жены. Последней вытащили Марию Подлипскую, мать четверых детей. По команде главаря карателей их расстреляли в упор. Шестым был убит Антон Бояров.
Толпа в ужасе металась, натыкаясь на автоматчиков. Тогда к Иосифу Валежу, австрийцу, свободно владевшему немецким языком, обратились с просьбой узнать, за что убивают невинных людей. Офицер ответил, что за каждого убитого солдата Германии по приказу фюрера будут расстреляны десять советских людей. После этого разговора расстрелы прекратились. Каратели ещё разграбили деревню: по улицам раздавался визг свиней и кудахтанье кур. Два дня деревня была в трауре, шесть гробов и шесть могил.
Подлипский вспоминает, что вскоре в деревне заговорили о причинах трагедии. Большинство считало её провокацией, предлогом для массового уничтожения советских людей, о чём сообщалось в брошюрах, которые сбрасывали с самолётов. Сам он и Сергей Меркуленко допускали, что доля вины может лежать и на них. Незадолго до трагедии они с Меркуленко были в лесу недалеко от хутора Данеко с винтовками. Когда на дороге показались немцы, ехавшие за водой на телеге с бочкой, Меркуленко предложил выстрелить. Они стреляли по фашистам, один из которых упал с бочки, а двое других открыли огонь по лесу, после чего партизаны скрылись. Погибли ли немцы, они не знали. На следующий день в деревню пришли каратели. Никто в Грязивце не знал о стрельбе, и сам Подлипский не был уверен, что именно это стало поводом для операции. Меркуленко погиб в 1944 году во время операции «Багратион». Подлипский пишет, что долгие годы хранил эту тайну и открыл её только сейчас.
Климовичи и Выдринка: уничтожение евреев и цыган
По воспоминаниям Подлипского, в Климовичах руками предателей было уничтожено несколько сотен евреев и цыган. Евреев обязали нашить на одежду белые шестиконечные звёзды, заставляли выполнять самую тяжёлую работу, а затем отобрали ценные вещи и изделия из драгоценных металлов. Когда отбирать стало нечего, их погнали на Выдренку, за город по дороге на Павловичи. Охраняли их несколько полицейских, но сопротивления никто не оказал. У ямы, которую люди выкопали сами, всех расстреляли. Среди погибших были женщины, дети, старики и больные.
Подлипский также пишет о зачистке в урочище Выдринка 12 апреля 1943 года. Тогда нацисты собрали и казнили вдов евреев с детьми, несколько цыганских семей, а также 12 евреев-мастеров, которые тайно помогали партизанам. Публикация продолжится.
Источник: Новости Гомеля (newsgomel.by)
